вот вам продолжение, так сказать другая альтернатива,
вот одно из мнений, очень интересно:
"Я тут поразмыслил над вопросом уважаемого tevolga. Получается следующее.
В 1917?1918 гг. у нас есть две точки поворота.
В марте 1917 г. происходит государственный переворот, сопровождающийся арестом императора и его семьи, предательством великих князей и генералитета. Появляется Временное правительство Росийской республики. Через год обещано Учредительное собрание.
Режим ?февралистов? ? это реализация всех фобий, филий и измов русского образованного горожанина. Ликвидируется корпус жандармов, распускаются внутренние спецслужбы, странные вещи творят с контрразведкой.
Как совершался попил бюджета 1917 г. ? тема, никем до сих пор не исследованная. Собственно, с этого момента начинается паралич государства и хозяйственной системы.
Разумеется, очень большую роль сыграло существование гнойного нарыва в виде Петросовета и петроградского гарнизона. Но вот только качественные процессы были те же самые, и распад где-нибудь на Юго-Западном или Румынском фронте происходил без особого вмешательства из Смольного или Таврического.
Существовала ли возможность сохранить монархию и не допустить перехода власти в руки февралистов? Теоретически ? да.
Для этого нужно было:
1) не переносить резиденцию царя из столицы в Могилев. Именно отсутствие императора в Петрограде в критический момент позволило февралистам захватить инициативу и провозгласить себя властью. Возможно, хватило бы просто личного присутствия Николая II в столице, чтобы переворот не состоялся;
2) контролировать контакты политической оппозиции, промышленников и генералитета по линии Департамента полиции. Об этом даже не думали, т.к. армия традиционно считалась опорой престола, заведение там агентурного аппарата считалось невозможным и было в свое время прямо воспрещено. О наблюдении за высшим генералитетом не было даже мысли;
3) иметь в столице надежные, преданные династии и лично государю войска, способные не перейти на сторону восставших и пресечь бунт. Таких войск не было, качественный состав стоящих в столице батальонов лейб-гвардейских полков был хуже, чем в армии.
И все это притом, что петровская ?Петербургская империя? ? прежде всего военная держава!
Ситуация, при которой царь не мог положиться ни на свою семью, ни на своих генералов, ни на своих солдат, сложилась во времена царствования Александра II и Александра III. Именно при них (особенно при Александре II) самодержавие перешло к политике однозначной поддержки интересов фрондирующих и паразитирующих на своем положении помещиков в ущерб крестьянству и ?торгово-промышленного класса? в ущерб наемным рабочим. Благодарности от них династия не дождалась.
Попытки скорректировать ситуацию делались только при Александре III, но при общем ?западничестве? и ?европофильстве? верхов позитивной программы так и не выработали.
Отсюда нарастающее качествнное отставание от Запада и общее вырождение династии Романовых. Сама мысль о реставрации в 1917-1918 гг. была невозможной, так как почти все великие князья были февралистами и разгуливали с красными бантами
(Продолжение следует)
Была ли перспектива у февралистов?
Было обстоятельство, которого февралисты искренне не понимали. Дело в том, что самодержавие было несущей конструкцией Российской империи. Нет монархии ? нет государства, нет легитимной власти.
Поэтому хаос 1917 г., возникновение Советов всевозможных депутатов, развал армии, национал-сепаратизм окраин с ?украинизацией?, ?грузинизацией? и ?мусульманизацией? целых корпусов, разгром помещичьих имений со стихийно- организованным разделом их земель ? естественное следствие ?великой бескровной?.
Легитимность Временного правительства стремилась к нулю, а к осени 1918 г. везде благополучно этой отметки достигла.
Февралисты ? это представители городских образованных слоев, которые всегда в той или иной степени служили государству, но никогда не формулировали политику. Поэтому в течение 1917 г. они не смогли даже понять сути существующих проблем. Проблем было две.
Первую они создали сами на пустом месте. Это Приказ ?1, упразднявший в воюющей армии с ослабленным офицерским корпусом и малообразованной солдатской массой воинскую дисциплину и принципы военной организации. Раз издав такой документ, февралисты так и не смогли его отменить.
Вторая проблема была также хорошо февралистам известна, но ее и не собирались решать, а все надежды возлагали на Учредительно собрание, которое, надо думать, смогло бы изобрести что-то волшебное. Это аграрный вопрос, корни которого уходят в реформу 1861 г.
Сочетание этих двух проблем и дает на выходе похабный Брест-Литовский мирный договор.
Летом 1917 г. появляются ?белые? февралисты ? корниловцы. Сам Л.Г. Корнилов ? республиканец, генерал на службе революции. То есть человек Февраля, готовый защитить собственность и порядок от хаоса и разбоя.
Предположим, августовско-сентябрьского фальстарта Корнилов не сделает, и осенью 1917 г. большевики упустят возможность успешного государственного переворота. Например, в Петрограде он удается, а в Москве власть берут в свои руки военные. Существование альтернативного центра власти существенным образом повлияет на поведение армейского командования, и никакой прапорщик Крыленко до Могилева живым не доедет.
На Петроград пойдут не поддающиеся пропаганде солдаты, а офицерско-юнкерские добровольческие части. В течение 2?3 недель в Питере будут отлавливать и расстреливать большевистских вождей и дезертиров. Какое-то время часть их продержится в Кронштадте под крылом Центробалта, затем сбегут в Гельсингфорс, где к большевикам и эсерам относятся с нескрываемым сочувствием как к сторонникми самоопределения наций. Никаких сил для усмирения Финляндии у корниловцев нет ? тут бы разобраться с Россией.
Проблема в том, что успех корниловского переворота вызовет реакцию немцев, националов и собственного населения.
Начнем с немцев. Зимой?весной 1917?1918 гг. они убедятся, что ставка на большевиков сработала лишь частично, и начнут новое масштабное наступление.
К зиме 1917 г. армия Российской республики существует только номинально. Есть фронты, армии, корпуса, дивизии и полки. Есть офицеры, унтер-офицеры и солдаты. Но армии нет ? отсутствует какое-либо доверие между офицерами и солдатами.
Первые деморализованы солдатскими комитетами и бессудными расправами. Вторые вообще не желают воевать и ждут скорейшего мира и земли.
В ситуации немецкого наступления фронт быстро покатится назад, и немцы будут продвигаться вперед со скоростью, позволяющей им передвигать артиллерию за передовыми отрядами.
Это даст сигнал националам: пора думать о спасении себя и сотрудничестве с сильнейшим.
В Киеве власть возьмет националистическая Центральная Рада: если в России ? не царь, а республика, то почему Украина не должна быть независимой? В распоряжении Украинской Народной республики ? 1-й и 2-й Украинские (34-й и 6-й армейские) корпуса. УНР объявляет о выходе из войны, и украинские дивизии открывают фронт.
Немцы и австрийцы наступают просто потому, что перед ними ? дыра, не хуже, чем в Горлицкий прорыв. Остановятся там, где у них устанут шагать ноги ? я полагаю, на Днепре.
Корнилову (или кому-то еще, очень может быть ? молодому генералу-выдвиженцу, типа С.Л.Маркова) приходится усмирять Украину железом и кровью. Это ? вторая (после Петрограда) вспышка гражданской войны.
В Грузии власть берут местные социал-демократы, и в их распоряжении ? любовно сформированный русскими военными властями в 1917 г. Грузинский корпус из 2 дивизий, артиллерии и кавалерии, а также меньшевистская Красная гвардия. Они стоят на коммуникациях Кавказского фронта. С грузинами нужно или торговаться, или воевать. Французы и англичане будут хором настаивать на будущей автономии для Грузии ? им так удобнее, а иначе Кавказский фронт может рухнуть даже без турецких усилий.
В Баку ? азербайджанский корпус, соплеменники турок, которые тоже вынуждены искать путей спасения в нарастающем хаосе.
Какие, собственно. реальные силы есть в распоряжении центрального правительства? Ответ неожиданный и очень печальный: ударные батальоны и национальные войска.
Ударные батальоны ? сила чисто полицейская, в масштабах фонта это капля в море.
1-й Польский корпус на Западном фронте будет окружен и интернирован немцами.
Латышская и Эстонская стрелковые дивизии, которые не любят немцев еще больше, чем русских, и Чехословацкий корпус в этой ситуации будут использоваться как в основном войска для оккупации собственной страны, не поддающиеся агитации социалистов.
Все громадье планов с Черноморской морской дивизией под командованием Свечина, десантом в Проливы и т. д. можно сливать.
Теперь речь пойдет об удержании Петрограда и Смоленска, к которым подходят немецкие дивизии. Начинается запись в Народную армию ? добровольную, без погон, с трехцветными угольниками и завитушками, спешно нарисованными художникмми-февралистами.
23 февраля народноармейцы дают бой немцам под Псковом и бегут. Газетчики этот день прославляют как день создания новой армии Свободной России.
Знаком отличия нового войска вскоре станут суконный шлем-корниловка (не хватает даже визенки, а то бы папахи оставили) и кожаные лапти.
Тем временем, в стране продолжаются революционные события.
За полгода февралисты успели развалить административный механизм империи, не создав взамен ничего, кроме форм самоорганизации хозяев жизни. Эффективность государства низкая, а в стране идет гражданская война, хоть и несравнимая пока с нашей, но заметно превосходящая события 1905?1907 гг.
?Корниловская? Россия не признает аграрную революцию 1917 г. и стремится восстановить государственную власть в деревне железом и кровью. бы террор против крестьян. Традиционный русский ответ (учитывая общее количество дезертиров в деревне) ? красный петух. Левые эсеры и примкнувшие к ним остатки большевиков ведут войну против офицеров. На Тамбовщине поднимает восстание бывший начальник уездной милиции эсер Антонов.
Каледин перед лицом немцев и при полном одобрении