[Jackel]

Итак, здесь предлагаю обсуждать еду и напитки 20-го века - желательно 1-й его половины, да. А также их влияние на быт, политику и войну. А то вот есть есть например легенда, шо Черчилль любил армянский коньяк... Так ли это? Или и в правду легенда? Ну и т.д. В общем - предлагаю обсуждать продовольствие 20-го века - тушняк, спирт, и прочие ништяки И их, кхм, реконструкцию.

Ну как пример - описывается значить у Новикова (который Прибой), такой коктейль, как "стенолаз" - суровое пойло мореходов столетней давности. Он же в аглицком варианте (привет Аткинсу) - "смерч". С современным "стенолазом" ничего общего не имеет. Соль, перец, горчица, виски, пиво - пропорции ессесно не указываются, пей как хочешь, мешай пальцем, похоже на дрожжи. Может кто пробовал?

В общем - предлагаю обсуждать кулинарно-алкогольную реконструкцию ближайшего прошлого ( и не только). Сильно не бейте, ежели тема уже была...

[Jackel]

Venc 15 May 2023, 20:47

крайне простая типовая еда без национального колорита порушили как мещанскую, так и дворянскую кухни. Трагедия!

Для тех пары процентов, что жрали питались по книжке Молоховец? Ну, наверное. Туда им и дорога, как говорится.

[Venc]

Jackel

Venc (15 мая 2023, 20:47):

крайне простая типовая еда без национального колорита порушили как мещанскую, так и дворянскую кухни. Трагедия!


Для тех пары процентов, что жрали питались по книжке Молоховец? Ну, наверное. Туда им и дорога, как говорится.

при чем тут твои претензии к Молоховец. Культура любого народа состоит из определённых составляющих: архитектура, живопись, литература, народное творчество, национальная одежда, украшения, песни, стихотворения, в том числе неотъемлемой частью культуры является кулинария. А народная кулинария поднимается с самых низов, от простого люда и придаёт искринку самобытности нации!
Суши, это еда бедных японцев прошла долгий путь от рыбацких хижин до лучших ресторанов мира. Суп фо, говяжья похлебка с добавлением листочков, которые растут под ногами - сокровище доблестных вьетнамцев. Запрет на трефное, бедность, сложность соблюдения кошера для мяса подтолкнула ашкеназов выкручиваться и создавать шедевры фаршированный рыбы. Шведская треска воплотившаяся в сюрстремминг, национальная патриотическая палента итальянцев, она же национальная патриотическая мамалыга молдаван и румын! И можно продолжать дальше, очень долго. А у русских вот этот низовой народный порыв был растоптан большевистской уравниловкой, которая, руководствуясь бездушным материализмом из тазика не только воду вылила, но и ребёнка, ликвидировала национальную великорусскую еду во имя общегосоюзного пайка, высшей стадией которого стала баланда, потребляемая на великих стройках коммунизма!

[Jackel]

Venc 16 May 2023, 18:58

Jackel

Venc (15 мая 2023, 20:47):

крайне простая типовая еда без национального колорита порушили как мещанскую, так и дворянскую кухни. Трагедия!


Для тех пары процентов, что жрали питались по книжке Молоховец? Ну, наверное. Туда им и дорога, как говорится.

при чем тут твои претензии к Молоховец. Культура любого народа состоит из определённых составляющих: архитектура, живопись, литература, народное творчество, национальная одежда, украшения, песни, стихотворения, в том числе неотъемлемой частью культуры является кулинария. А народная кулинария поднимается с самых низов, от простого люда и придаёт искринку самобытности нации!
Суши, это еда бедных японцев прошла долгий путь от рыбацких хижин до лучших ресторанов мира. Суп фо, говяжья похлебка с добавлением листочков, которые растут под ногами - сокровище доблестных вьетнамцев. Запрет на трефное, бедность, сложность соблюдения кошера для мяса подтолкнула ашкеназов выкручиваться и создавать шедевры фаршированный рыбы. Шведская треска воплотившаяся в сюрстремминг, национальная патриотическая палента итальянцев, она же национальная патриотическая мамалыга молдаван и румын! И можно продолжать дальше, очень долго. А у русских вот этот низовой народный порыв был растоптан большевистской уравниловкой, которая, руководствуясь бездушным материализмом из тазика не только воду вылила, но и ребёнка, ликвидировала национальную великорусскую еду во имя общегосоюзного пайка, высшей стадией которого стала баланда, потребляемая на великих стройках коммунизма!

Спасибо, поржал. Тему хоть перечитайте, прежде чем про ужасы совковой кухни завывать.

To view the link Register

А лучше просто тему саму по себе изучите - что, как и сколько ело примерно 90% населения в РИ до 20-го века. Прежде чем поражать тут всех глубиной своих исторических открытий.

"...вот этот низовой народный порыв, большивистской уравниловкой, национальную великорусскую еду..." тьфу блядь... чтоб вам питаться, как русский крестьянин или мастеровой 19-го века. Хотя нет, у меня лично к вам претензий никаких нет, так что это будет чересчур...

[Старый]

"По амбарам помети, по сусекам поскреби, вот и наберётся..." Это из русской народной сказки "Колобок"...
Да ещё "крапива с лебедой, подмочённые Бедой" и, в лучшие времена, "Щи да каша - пища наша!"...
И это и есть основная низовая народная кулинария, а не всякие там "ананасы с рябчиками", да "икра стерляжья пробойная" с "пряниками/баранками" и не знаменитые "царские пиры с сотнями переменных блюд" в "России, которую мы потеряли!"

[Jackel]

Старый 17 May 2023, 05:01

"По амбарам помети, по сусекам поскреби, вот и наберётся..." Это из русской народной сказки "Колобок"...
Да ещё "крапива с лебедой, подмочённые Бедой" и, в лучшие времена, "Щи да каша - пища наша!"...
И это и есть основная низовая народная кулинария, а не всякие там "ананасы с рябчиками", да "икра стерляжья пробойная" с "пряниками/баранками" и не знаменитые "царские пиры с сотнями переменных блюд" в "России, которую мы потеряли!"

Ну как же, что ты такое говоришь? Очевидно же, что злобные жидобольшевики уничтожили всю русскую прекрасную низкую кухню - где же нынче тот великолепный крафтовый и дизайнерский хлеб из лебеды или вкуснейшая тюря? Кислые щи и полбяные каши? Все богатейшие кулинарные традиции зоны рискованного земледелия, зерна сам-три, крепостного права и подзолистых почв - всё уничтожено коммуняцким режимом, увы...

[Venc]

Старый

"По амбарам помети, по сусекам поскреби, вот и наберётся..." Это из русской народной сказки "Колобок"...
Да ещё "крапива с лебедой, подмочённые Бедой" и, в лучшие времена, "Щи да каша - пища наша!"...
И это и есть основная низовая народная кулинария, а не всякие там "ананасы с рябчиками", да "икра стерляжья пробойная" с "пряниками/баранками" и не знаменитые "царские пиры с сотнями переменных блюд" в "России, которую мы потеряли!"

Да вообще трагедия согласен.

Даже заливную осетрину отдали вчера на кухню. В буфете остались самые расхожие тарелки, с бурыми пятнышками-щербинками, — великопостные. В передней стоят миски с желтыми солеными огурцами, с воткнутыми в них зонтичками укропа, и с рубленой капустой, кислой, густо посыпанной анисом, — такая прелесть. Я хватаю щепотками, — как хрустит! И даю себе слово не скоромиться во весь пост. Зачем скоромное, которое губит душу, если и без того все вкусно? Будут варить компот, делать картофельные котлеты с черносливом и шепталой, горох, маковый хлеб с красивыми завитушками из сахарного мака, розовые баранки, «кресты» на Крестопоклонной… мороженая клюква с сахаром, заливные орехи, засахаренный миндаль, горох моченый, бублики и сайки, изюм кувшинный, пастила рябиновая, постный сахар — лимонный, малиновый, с апельсинчиками внутри, халва… А жареная гречневая каша с луком, запить кваском! А постные пирожки с груздями, а гречневые блины с луком по субботам… а кутья с мармеладом в первую субботу, какое-то «коливо»! А миндальное молоко с белым киселем, а киселек клюквенный с ванилью, а…великая кулебяка на Благовещение, с вязигой, с осетринкой! А калья, необыкновенная калья, с кусочками голубой икры, с маринованными огурчиками… а моченые яблоки по воскресеньям, а талая, сладкая-сладкая «рязань»… а «грешники», с конопляным маслом, с хрустящей корочкой, с теплою пустотой внутри!..


Противни киселей — ломоть копейка. Трещат баранки. Сайки, баранки, сушки… калужские, боровские, жиздринские, — сахарные, розовые, горчичные, с анисом — с тмином, с сольцой и маком… переславские бублики, витушки, подковки, жавороночки… хлеб лимонный, маковый, с шафраном, ситный весовой с изюмцем, пеклеванный…

Везде — баранка. Высоко, в бунтах. Манит с шестов на солнце, висит подборами, гроздями. Роются голуби в баранках, выклевывают серединки, склевывают мачок. Мы видим нашего Мурашу, борода в лопату, в мучной поддевке. На шее ожерелка из баранок. Высоко, в баранках, сидит его сынишка, ногой болтает.

— Во, пост-то!.. — весело кричит Мураша, — пошла бараночка, семой возок гоню!

— Сбитню, с бараночками… сбитню, угощу кого…

Ходят в хомутах-баранках, пощелкивают сушкой, потрескивают вязки. Пахнет тепло мочалой.

— Ешь, Москва, не жалко!..

А вот и медовый ряд. Пахнет церковно, воском. Малиновый, золотистый, — показывает Горкин, — этот называется печатный, энтот — стеклый, спускной… а который темный — с гречишки, а то господский светлый, липнячок-подсед. Липонки, корыта, кадки. Мы пробуем от всех сортов. На бороде Антона липко, с усов стекает, губы у меня залипли. Будочник гребет баранкой, диакон — сайкой. Пробуй, не жалко! Пахнет от Антона медом, огурцом.

Черпают черпаками, с восковиной, проливают на грязь, на шубы. А вот — варенье. А там — стопками ледяных тарелок — великопостный сахар, похожий на лед зеленый, и розовый, и красный, и лимонный. А вон, чернослив моченый, россыпи шепталы, изюмов, и мушмала, и винная ягода на вязках, и бурачки абрикоса с листиком, сахарная кунжутка, обсахаренная малинка и рябинка, синий изюм кувшинный, самонастояще постный, бруски помадки с елочками в желе, масляная халва, калужское тесто кулебякой, белевская пастила… и пряники, пряники — нет конца.

— На тебе постную овечку, — сует мне беленький пряник Горкин.
-Добавлено-

Jackel

Старый (17 мая 2023, 05:01):

"По амбарам помети, по сусекам поскреби, вот и наберётся..." Это из русской народной сказки "Колобок"...
Да ещё "крапива с лебедой, подмочённые Бедой" и, в лучшие времена, "Щи да каша - пища наша!"...
И это и есть основная низовая народная кулинария, а не всякие там "ананасы с рябчиками", да "икра стерляжья пробойная" с "пряниками/баранками" и не знаменитые "царские пиры с сотнями переменных блюд" в "России, которую мы потеряли!"


Ну как же, что ты такое говоришь? Очевидно же, что злобные жидобольшевики уничтожили всю русскую прекрасную низкую кухню - где же нынче тот великолепный крафтовый и дизайнерский хлеб из лебеды или вкуснейшая тюря? Кислые щи и полбяные каши? Все богатейшие кулинарные традиции зоны рискованного земледелия, зерна сам-три, крепостного права и подзолистых почв - всё уничтожено коммуняцким режимом, увы...

как будто в штетле ели от пуза! Я пример ашкеназской кухни приводил, была и русская!
-Добавлено-
Рычанье его выкатывается в сени, гремит по стеклам, на улицу. Из кухни кричит Гаранька:

— Эй, зачинаю расстегаи!..

— Зачина-ай!.. — кричит Василь-Василич умоляющим голосом и почему-то пляшет.

Стол огромный. Чего только нет на нем! Рыбы, рыбы… икорницы в хрустале, во льду, сиги в петрушке, красная семга, лососина, белорыбица-жемчужница, с зелеными глазками огурца, глыбы паюсной, глыбы сыру, хрящ осетровый в уксусе, фарфоровые вазы со сметаной, в которой торчком ложки, розовые масленки с золотистым кипящим маслом на камфорках, графинчики, бутылки… Черные сюртуки, белые и палевые шали, «головки», кружевные наколочки…

Несут блины, под покровом.

— Ваше преосвященство!..

Архиерей сухощавый, строгий, — как говорится, постный. Кушает мало, скромно. Протодьякон — против него, громаден, страшен. Я вижу с уголка, как раскрывается его рот до зева, и наваленные блины, серые от икры текучей, льются в протодьякона стопами. Плывет к нему сиг, и отплывает с разрытым боком. Льется масло в икру, в сметану. Льется по редкой бородке протодьякона, по мягким губам, малиновым.

— Ваше преосвященство… а расстегайчика-то к ушице!..

— Ах, мы, чревоугодники… Воистину, удивительный расстегай!.. — слышится в тишине, как шелест, с померкших губ.

— Самые знаменитые, гаранькинские расстегаи, ваше преосвященство, на всю Москву-с!..

— Слышал, слышал… Наградит же Господь талантом для нашего искушения!.. Уди-ви-тельный расстегай…

— Ваше преосвященство…. дозвольте просить еще?..

— Благослови, преосвященный владыко… — рычит протодьякон, отжевавшись, и откидывает ручищей копну волос.

— Ну-ну, отверзи уста, протодьякон, возблагодари… — ласково говорит преосвященный. — Вздохни немножко…

Василь-Василич чего-то машет, и вдруг садится на корточки! На лестнице запруда, в передней давка. Протодьякон в славе: голосом гасит лампы и выпирает стекла. Начинает из глубины, где сейчас у него блины, кажется мне, по голосу-ворчанью. Волосы его ходят под урчанье. Начинают дрожать лафитнички — мелким звоном. Дрожат хрустали на люстрах, дребезгом отвечают окна. Я смотрю, как на шее у протодьякона дрожит-набухает жила, как склонилась в сметане ложка… чувствую, как в груди у меня спирает и режет в ухе. Господи, упадет потолок сейчас!..

Преосвященному и всему освященному собору…и честному дому сему… —

мно-га-я… ле… т-та-а-ааааааа!!!

Гукнуло-треснуло в рояле, погасла в углу перед образом лампадка!.. Падают ножи и вилки. Стукаются лафитнички. Василь-Василич взвизгивает, рыдая:

— Го-споди!..

От протодьякона жар и дым. На трех стульях раскинулся. Пьет квас. За ухою и расстегаями — опять и опять блины. Блины с припеком. За ними заливное, опять блины, уже с двойным припеком. За ними осетрина паровая, блины с подпеком. Лещ необыкновенной величины, с грибками, с кашкой… наважка семивершковая, с белозерским снетком в сухариках, политая грибной сметанкой… блины молочные, легкие, блинцы с яичками… еще разварная рыба с икрой судачьей, с поджарочкой… желе апельсиновое, пломбир миндальный — ванилевый…

Архиерей отъехал, выкушав чашку чая с апельсинчиком — «для осадки». Отвезли протодьякона, набравшего расстегайчиков в карманы, навязали ему в кулек диковинной наваги, — «зверь-навага!». Сидят в гостиной шали и сюртуки, вздыхают, чаек попивают с апельсинчиком. Внизу шумят. Гаранька требует еще бутылку рябиновки и уходить не хочет, разбил окошко. Требуется Василь-Василич — везти Гараньку, но Василь-Василич «отархареился, достоял», и теперь заперся в конторке. Что поделаешь — масленица!

[Dmitrij]

Красноречивее всего фото крестьян посмотреть того времени.
Сразу видно, что люди недоедали - низинькие, щуплые.
Уж лучше обеднение по-советские, чем разнообразие, но для избранных.

[Ravelin]

Dmitrij 17 May 2023, 11:10

Уж лучше обеднение по-советские, чем разнообразие, но для избранных.

При Российской империи, по крайней мере, не было искусственно спровоцированных голодоморов.

[Jackel]

Venc 17 May 2023, 09:59

Старый

"По амбарам помети, по сусекам поскреби, вот и наберётся..." Это из русской народной сказки "Колобок"...
Да ещё "крапива с лебедой, подмочённые Бедой" и, в лучшие времена, "Щи да каша - пища наша!"...
И это и есть основная низовая народная кулинария, а не всякие там "ананасы с рябчиками", да "икра стерляжья пробойная" с "пряниками/баранками" и не знаменитые "царские пиры с сотнями переменных блюд" в "России, которую мы потеряли!"

Да вообще трагедия согласен.

Даже заливную осетрину отдали вчера на кухню. В буфете остались самые расхожие тарелки, с бурыми пятнышками-щербинками, — великопостные. В передней стоят миски с желтыми солеными огурцами, с воткнутыми в них зонтичками укропа, и с рубленой капустой, кислой, густо посыпанной анисом, — такая прелесть. Я хватаю щепотками, — как хрустит! И даю себе слово не скоромиться во весь пост. Зачем скоромное, которое губит душу, если и без того все вкусно? Будут варить компот, делать картофельные котлеты с черносливом и шепталой, горох, маковый хлеб с красивыми завитушками из сахарного мака, розовые баранки, «кресты» на Крестопоклонной… мороженая клюква с сахаром, заливные орехи, засахаренный миндаль, горох моченый, бублики и сайки, изюм кувшинный, пастила рябиновая, постный сахар — лимонный, малиновый, с апельсинчиками внутри, халва… А жареная гречневая каша с луком, запить кваском! А постные пирожки с груздями, а гречневые блины с луком по субботам… а кутья с мармеладом в первую субботу, какое-то «коливо»! А миндальное молоко с белым киселем, а киселек клюквенный с ванилью, а…великая кулебяка на Благовещение, с вязигой, с осетринкой! А калья, необыкновенная калья, с кусочками голубой икры, с маринованными огурчиками… а моченые яблоки по воскресеньям, а талая, сладкая-сладкая «рязань»… а «грешники», с конопляным маслом, с хрустящей корочкой, с теплою пустотой внутри!..


Противни киселей — ломоть копейка. Трещат баранки. Сайки, баранки, сушки… калужские, боровские, жиздринские, — сахарные, розовые, горчичные, с анисом — с тмином, с сольцой и маком… переславские бублики, витушки, подковки, жавороночки… хлеб лимонный, маковый, с шафраном, ситный весовой с изюмцем, пеклеванный…

Везде — баранка. Высоко, в бунтах. Манит с шестов на солнце, висит подборами, гроздями. Роются голуби в баранках, выклевывают серединки, склевывают мачок. Мы видим нашего Мурашу, борода в лопату, в мучной поддевке. На шее ожерелка из баранок. Высоко, в баранках, сидит его сынишка, ногой болтает.

— Во, пост-то!.. — весело кричит Мураша, — пошла бараночка, семой возок гоню!

— Сбитню, с бараночками… сбитню, угощу кого…

Ходят в хомутах-баранках, пощелкивают сушкой, потрескивают вязки. Пахнет тепло мочалой.

— Ешь, Москва, не жалко!..

А вот и медовый ряд. Пахнет церковно, воском. Малиновый, золотистый, — показывает Горкин, — этот называется печатный, энтот — стеклый, спускной… а который темный — с гречишки, а то господский светлый, липнячок-подсед. Липонки, корыта, кадки. Мы пробуем от всех сортов. На бороде Антона липко, с усов стекает, губы у меня залипли. Будочник гребет баранкой, диакон — сайкой. Пробуй, не жалко! Пахнет от Антона медом, огурцом.

Черпают черпаками, с восковиной, проливают на грязь, на шубы. А вот — варенье. А там — стопками ледяных тарелок — великопостный сахар, похожий на лед зеленый, и розовый, и красный, и лимонный. А вон, чернослив моченый, россыпи шепталы, изюмов, и мушмала, и винная ягода на вязках, и бурачки абрикоса с листиком, сахарная кунжутка, обсахаренная малинка и рябинка, синий изюм кувшинный, самонастояще постный, бруски помадки с елочками в желе, масляная халва, калужское тесто кулебякой, белевская пастила… и пряники, пряники — нет конца.

— На тебе постную овечку, — сует мне беленький пряник Горкин.

[-Добавлено к сообщению-]

Jackel

Старый (17 мая 2023, 05:01):

"По амбарам помети, по сусекам поскреби, вот и наберётся..." Это из русской народной сказки "Колобок"...
Да ещё "крапива с лебедой, подмочённые Бедой" и, в лучшие времена, "Щи да каша - пища наша!"...
И это и есть основная низовая народная кулинария, а не всякие там "ананасы с рябчиками", да "икра стерляжья пробойная" с "пряниками/баранками" и не знаменитые "царские пиры с сотнями переменных блюд" в "России, которую мы потеряли!"


Ну как же, что ты такое говоришь? Очевидно же, что злобные жидобольшевики уничтожили всю русскую прекрасную низкую кухню - где же нынче тот великолепный крафтовый и дизайнерский хлеб из лебеды или вкуснейшая тюря? Кислые щи и полбяные каши? Все богатейшие кулинарные традиции зоны рискованного земледелия, зерна сам-три, крепостного права и подзолистых почв - всё уничтожено коммуняцким режимом, увы...

как будто в штетле ели от пуза! Я пример ашкеназской кухни приводил, была и русская!

[-Добавлено к сообщению-]

Рычанье его выкатывается в сени, гремит по стеклам, на улицу. Из кухни кричит Гаранька:

— Эй, зачинаю расстегаи!..

— Зачина-ай!.. — кричит Василь-Василич умоляющим голосом и почему-то пляшет.

Стол огромный. Чего только нет на нем! Рыбы, рыбы… икорницы в хрустале, во льду, сиги в петрушке, красная семга, лососина, белорыбица-жемчужница, с зелеными глазками огурца, глыбы паюсной, глыбы сыру, хрящ осетровый в уксусе, фарфоровые вазы со сметаной, в которой торчком ложки, розовые масленки с золотистым кипящим маслом на камфорках, графинчики, бутылки… Черные сюртуки, белые и палевые шали, «головки», кружевные наколочки…

Несут блины, под покровом.

— Ваше преосвященство!..

Архиерей сухощавый, строгий, — как говорится, постный. Кушает мало, скромно. Протодьякон — против него, громаден, страшен. Я вижу с уголка, как раскрывается его рот до зева, и наваленные блины, серые от икры текучей, льются в протодьякона стопами. Плывет к нему сиг, и отплывает с разрытым боком. Льется масло в икру, в сметану. Льется по редкой бородке протодьякона, по мягким губам, малиновым.

— Ваше преосвященство… а расстегайчика-то к ушице!..

— Ах, мы, чревоугодники… Воистину, удивительный расстегай!.. — слышится в тишине, как шелест, с померкших губ.

— Самые знаменитые, гаранькинские расстегаи, ваше преосвященство, на всю Москву-с!..

— Слышал, слышал… Наградит же Господь талантом для нашего искушения!.. Уди-ви-тельный расстегай…

— Ваше преосвященство…. дозвольте просить еще?..

— Благослови, преосвященный владыко… — рычит протодьякон, отжевавшись, и откидывает ручищей копну волос.

— Ну-ну, отверзи уста, протодьякон, возблагодари… — ласково говорит преосвященный. — Вздохни немножко…

Василь-Василич чего-то машет, и вдруг садится на корточки! На лестнице запруда, в передней давка. Протодьякон в славе: голосом гасит лампы и выпирает стекла. Начинает из глубины, где сейчас у него блины, кажется мне, по голосу-ворчанью. Волосы его ходят под урчанье. Начинают дрожать лафитнички — мелким звоном. Дрожат хрустали на люстрах, дребезгом отвечают окна. Я смотрю, как на шее у протодьякона дрожит-набухает жила, как склонилась в сметане ложка… чувствую, как в груди у меня спирает и режет в ухе. Господи, упадет потолок сейчас!..

Преосвященному и всему освященному собору…и честному дому сему… —

мно-га-я… ле… т-та-а-ааааааа!!!

Гукнуло-треснуло в рояле, погасла в углу перед образом лампадка!.. Падают ножи и вилки. Стукаются лафитнички. Василь-Василич взвизгивает, рыдая:

— Го-споди!..

От протодьякона жар и дым. На трех стульях раскинулся. Пьет квас. За ухою и расстегаями — опять и опять блины. Блины с припеком. За ними заливное, опять блины, уже с двойным припеком. За ними осетрина паровая, блины с подпеком. Лещ необыкновенной величины, с грибками, с кашкой… наважка семивершковая, с белозерским снетком в сухариках, политая грибной сметанкой… блины молочные, легкие, блинцы с яичками… еще разварная рыба с икрой судачьей, с поджарочкой… желе апельсиновое, пломбир миндальный — ванилевый…

Архиерей отъехал, выкушав чашку чая с апельсинчиком — «для осадки». Отвезли протодьякона, набравшего расстегайчиков в карманы, навязали ему в кулек диковинной наваги, — «зверь-навага!». Сидят в гостиной шали и сюртуки, вздыхают, чаек попивают с апельсинчиком. Внизу шумят. Гаранька требует еще бутылку рябиновки и уходить не хочет, разбил окошко. Требуется Василь-Василич — везти Гараньку, но Василь-Василич «отархареился, достоял», и теперь заперся в конторке. Что поделаешь — масленица!

Прекрасно. А можно увидеть декреты соввласти, в которых она сурово запрещает гречневую кашу, картофельные котлеты, блины, квас и сдобные плетенки?

[Venc]

Dmitrij

Красноречивее всего фото крестьян посмотреть того времени.
Сразу видно, что люди недоедали - низинькие, щуплые.
Уж лучше обеднение по-советские, чем разнообразие, но для избранных.

1. Я привёл в качестве примера ярмарочные угощения и стол купцов, а не дворянский. Да купец не из последних, но это не какой то там избранный. Своебразие, русскость угощений чувствуется. Советская русская кухня была существенно упрощена.
2. В СССР был голод вообще то, в самые большевистские времена.