В книге «Самые странные в мире» автор опирается на передовые исследования в области антропологии, психологии, экономики и эволюционной биологии. Он освещает происхождение и эволюцию семейных структур, брака и религии, а также глубокое влияние этих культурных преобразований на психологию человека.
Прослеживая эти изменения через древнюю историю и позднюю античность, автор показывает, что самые фундаментальные институты родства и брака резко изменились под давлением Римской католической церкви. Именно эти изменения привели к появлению психологии «западных людей», которая будет развиваться вместе с безличными рынками, профессиональной специализацией и свободной конкуренцией, заложив основу современного мира.
В основном, конечно, его историческую часть.
Впервые, о данной работе, я узнал несколько лет назад, почитав To view the link Register.
Spoiler (expand)
Джозеф Хенрик по основной своей специальности – этнограф. Он много работал в традиционных обществах, подолгу жил среди разных племен американских индейцев, полинезийцев и др. Но он давно уже вышел за рамки чистой этнографии. Сейчас его смело можно назвать ведущим специалистом в таких областях, как психология (культурная, кросс-культурная, социальная и эволюционная) и историческая социология. Самое главное, что он – один из нескольких нестандартно мыслящих ученых-новаторов, чьими усилиями комплекс представлений о культурной эволюции (можно это называть «эволюционной культурологией» по аналогии с эволюционной биологией) сейчас начинает превращаться в полноценную науку, причем более близкую скорее даже к естественным наукам, чем к гуманитарным.
Spoiler (expand)
Хенрик развивает представление о культурной эволюции как о естественном и по большей части «слепом» процессе, во многом похожем на биологическую эволюцию. В обоих случаях естественный, никем сознательно не направляемый процесс создает вещи, выглядяшие так, как будто их кто-то целенаправленно спроектировал для какой-то цели. Очень часто оказывается, например, что какие-нибудь «дикари», охотники-собиратели, делают что-то очень замысловатое, сами не зная, зачем (на вопросы они отвечают: «у нас так принято», «таков наш обычай»). А если покопаться с применением современной науки, то выясняется, что эта деятельность имеет очень даже глубокий практический смысл.
Spoiler (expand)
Вторая книга Хенрика, вышедшая в сентябре 2020 года, «The WEIRDest People in the World», не просто является продолжением первой. В предисловии автор пишет, что изначально планировалась одна книга, но в процессе написания то, что задумывалось как первая ее часть, разрослось в самостоятельную толстую книгу. Ну и хорошо, что разрослось. И вот спустя пять лет появляется вторая часть, в которой автор, опираясь на развернутую и обоснованную в первой части теорию, пытается объяснить, почему во второй половине 2-го тысячелетия н.э. целый комплекс неслыханных событий (промышленная революция, появление и стремительное развитие современной науки, небывалый экономический рост и т.д.) произошел именно в Западной Европе, а не где-нибудь еще.
Давайте проследим намеченную мною цепочку причинно-
следственных связей: распространение религиозного убеждения, что
каждый человек обязан читать Библию самостоятельно, вело к росту
уровня грамотности среди мужчин и женщин, сначала в Европе, а
затем по всему миру. Массовая грамотность влияла на человеческий
мозг и изменяла когнитивные способности людей в том, что касается
памяти, обработки визуальных образов, распознавания лиц, точности
вычислений и умения решать проблемы. Она, вероятно, также
косвенно влияла на размер семей, здоровье детей и их когнитивное
развитие, поскольку матери становились все более грамотными и
образованными. Эти психологические и социальные тенденции могли
способствовать более быстрым инновациям, появлению новых
общественных институтов и — в долгосрочной перспективе —
большему экономическому процветанию.
Конечно, как и предполагал великий немецкий социолог Макс
Вебер, протестантизм подразумевает отнюдь не только грамотность.
Как мы увидим в главе 12, протестантизм, вероятно, также влиял на
самодисциплину, терпение, общительность и суицидальные
наклонности людей
Spoiler (expand)
Основной темой этой книги является не протестантизм или
грамотность, хотя я постараюсь объяснить, почему население Европы
оказалось в конце Средневековья так восприимчиво к необычайно
индивидуалистическому характеру протестантских верований. Тем не менее пример взаимосвязи между грамотностью и
протестантизмом иллюстрирует в миниатюре четыре ключевые идеи,
которые проходят через всю эту книгу. Давайте перечислим их:
Spoiler (expand)
1. Религиозные убеждения могут энергично влиять на принятие решений, психологию
и общество. Чтение Священного Писания было в первую очередь способом вступить
в общение с божественным, но его непредвиденные побочные эффекты оказались
огромными и привели к сохранению одних религиозных групп и росту их
численности по сравнению с другими.
2. Представления, практики, технологии и социальные нормы — то есть культура —
могут влиять на наш мозг, его биологические и психологические особенности,
включая мотивации, умственные способности и предубеждения при принятии
решений. Мы не можем отделить «культуру» от «психологии» или «психологию» от
«биологии», потому что культура физически перестраивает наш мозг и тем самым
определяет, как мы мыслим.
3. Психологические изменения, вызванные культурой, могут определять всевозможные
последующие события, поскольку эти изменения обусловливают то, на что люди
обращают внимание, как они принимают решения, какие социальные институты они
предпочитают и насколько они склонны к инновациям. В нашем примере, повысив
уровень грамотности, культура стимулировала развитие аналитического мышления и
длительной памяти, одновременно способствуя формальному обучению, росту
тиражей книг и распространению знаний. Таким образом, принцип sola scriptura,
вероятно, активизировал инновации и заложил основу для стандартизации законов,
расширения круга обладателей избирательного права и создания конституционных
форм правления.
4. Грамотность — это наш первый пример того, как жители Запада стали
психологически отличаться от остальных людей. Конечно, с распространением
христианства и европейских институтов (например, начальных школ) по всему миру
многие популяции за последнее время тоже стали в высокой степени грамотными30.
Однако, если оценивать ситуацию в мире на 1900 г., жители Западной Европы с их
более толстым мозолистым телом и менее развитым навыком распознавания лиц
показались бы нам весьма странными
Далее автор подводит итог.
Spoiler (expand)
Как нам предстоит убедиться, грамотность не является чем-то
исключительным. Скорее, это верхушка огромного психологического и
нейрологического айсберга, который не разглядели многие
исследователи. В следующей главе я начну с обсуждения
глубоководных частей и формы этого айсберга. Затем, уже заложив
основу для размышлений о человеческой природе, культурных
изменениях и эволюции общества, мы рассмотрим, как и почему в
Западной Европе возник широкий перечень психологических
особенностей и каковы последствия этого для понимания
экономического процветания, инноваций, права, демократии и науки в
современном мире.
Выделенное мной, это один из минусов книги. Впрочем, довольно популярный ныне прием. Многократное напоминание о том как все, или многие ошибались. Надо полагать читатель сам не догадается.
На основании данных, собранных при изучении 2921 студента
университетов в 37 странах, люди из более индивидуалистических
обществ чаще сообщают о наличии переживаний, связанных с
чувством вины, и в меньшей степени склонны ощущать стыд. На
самом деле студенты из таких стран, как США, Австралия и
Нидерланды, почти никогда не испытывают стыда. Однако они
ощущают чувство вины чаще, чем люди из других обществ; эти
переживания, скорее, ведут к извлечению нравственных уроков и
оказывают более существенное влияние как на их самооценку, так и на
личные отношения. В целом эмоциональная жизнь людей Запада
особенно богата чувством вины
Стыд.
Spoiler (expand)
Стыд коренится в возникшем в результате
генетической эволюции наборе психологических качеств, которые
связаны с социальной девальвацией в глазах других. Люди испытывают
стыд, когда они нарушают социальные нормы (например, совершают
прелюбодеяние), не соответствуют принятым в их группе стандартам
(например, проваливают экзамен по психологии) или оказываются в
нижней части иерархической лестницы доминирования. У стыда
имеется отчетливое внешнее проявление, одинаковое по всему миру,
которое включает в себя опущенный взгляд, ссутуленные плечи и
общее стремление «выглядеть маленьким» (съеживаться).
Вина.
Spoiler (expand)
Вина — это совершенно другое состояние; она представляет собой
внутреннюю систему ориентирования и по крайней мере частично
является продуктом культуры, хотя, вероятно, и включает в себя
некоторые врожденные психологические компоненты вроде
сожаления. Чувство вины возникает, когда человек сравнивает свои
действия и чувства с сугубо личными стандартами поведения. Я
чувствую себя виноватым, если в одиночку съел на своей кухне
огромную пиццу или не подал мелочь бездомному, с которым
столкнулся ранним воскресным утром на пустой манхэттенской улице.
Я чувствую это, потому что не смог соответствовать моему личному
стандарту поведения, а не потому, что нарушил общепринятые нормы
или повредил своей репутации в глазах других людей.
Надо сказать что автор здесь не новатор. Влияние факторов вины и стыда рассматривают как психологи, например, Дэвид Майерс "Социальная Психология". Так и историки Суриков Игорь Евгеньевич в книги "Полис, логос, космос: мир глазами эллина." . Считает греков, времен классики, прежде всего, обществом стыда.
Далее автор приводит ряд опытов на конформность (с разбивкой по странам), Умение ждать (терпеливость) и самоконтроль. Выкладывать здесь это все нет смысла, так, как слишком много текста и картинок (диаграммы, карты, как их переносить с пдф я не знаю).
Spoiler (expand)
Как и в случае с индивидуализмом, виной и конформностью,
влияние терпеливости и самоконтроля зависит от институциональной
и технологической среды, с которой человек сталкивается на
протяжении своей жизни. В некоторых обществах с регулируемыми
отношениями самоконтроль сулит мало преимуществ, поэтому не
следует ожидать, что связь между терпением и успехом среди
взрослых будет повсеместным явлением. Тем не менее, когда принятые
в конкретном обществе социальные нормы поощряют самоконтроль
или наказывают нетерпение, у его членов складываются всевозможные
психологические механизмы, которые способствуют росту
самоконтроля. Дальше мы увидим, как культурное обучение, ритуалы,
моногамный брак, рынки и религиозные убеждения могут
способствовать повышению терпеливости и самоконтроля, закладывая
тем самым основу для новых форм правления и более быстрого
экономического роста.
КЛЮЧЕВЫЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ
ЛЮДЕЙ ЗАПАДА
Spoiler (expand)
Индивидуализм и личная мотивация
Сфокусированность на себе, самоуважение и самовалоризация
Вина важнее стыда
Диспозиционное мышление (личность): ошибки атрибуции и когнитивный диссонанс
Низкий уровень конформности и уважения к традициям/старейшинам
Терпение, саморегуляция и самоконтроль
Экономность в отношении времени и усердный труд (ценность труда)
Желание контроля и стремление самим делать выбор
Обобщенная просоциальность (и связанные с ней воззрения)
Принципы беспристрастности важнее ситуативных предпочтений
Доверие, справедливость, честность и сотрудничество с неопределенным кругом лиц,
чужаками и обезличенными организациями (например, правительством)
Упор на психические состояния, особенно в моральных суждениях
Слабо выраженная заинтересованность в личной мести, но готовность наказывать
третьих лиц
Сниженный внутригрупповой фаворитизм
Свобода воли: представление, что люди сами делают свой собственный выбор и этот
выбор имеет значение
Моральный универсализм: представление, что моральные истины существуют таким
же образом, как математические законы
Линейное время и представления о прогрессе
Аналитическое мышление превалирует над холистическим
Внимание к переднему плану и центральным действующим лицам
Эффект владения — преувеличение ценности того, чем обладаешь
Поленезависимость: отделение объектов от фона
Чрезмерная уверенность в собственных ценимых способностях
To view the link Register
«Большая часть содержимого учебников и академических журналов, а также прославленных научно-популярных книг на самом деле рассказывает нам не о человеческой психологии, а о культурно-специфической психологии человека Запада», — пишет Джозеф Хенрик в книге «Самые странные в мире».
Spoiler (expand)
Чтобы понять, почему общества WEIRD так необычны, имеет смысл обратиться к биологической природе человека. В своей предыдущей книге Хенрик убедительно показал, что главная задача огромного человеческого мозга — не сделать своего обладателя гением, а довести до максимума способности к социальному обучению, то есть к перенятию навыков у других особей своего вида. Если совсем попросту, это означает, что люди по своей биологической природе — конформисты. Эволюция не приветствует самостоятельное принятие решений, потому что «на длинной дистанции» опыт множества поколений, суммированный в готовом пакете культурных навыков, почти всегда выигрывает. С этой точки зрения общества non-WEIRD — норма, общества WEIRD — аномалия.
Комплекс институтов, основанных на родстве, обладает огромной плотностью и вязкостью. Преодолеть их инерцию, вырваться из них и получить свободу — крайне сложно. Как же европейцам это удалось?