t1aro
alZarif
Dr.Schmeisser
KhanBagatur
gurvinek2005
Crusader556
Haktar
Mady
Valyrian_Legionnaire
DinarMayor
Corrector
kosak4
Farin Frostgeir
Норсканский моряк подобен политику Империи: он полон решимости.'
- Капитан Алессандри, тилейский купец
![Imp]()
Кроме высших эльфов, никакие моряки в мире не могут сравниться с норсканцами. Так любят говорить сами норсканцы, но это утверждение недалеко от истины.
Их родной край представляет собой не более чем отвесные скалы и замерзший лед, поэтому большую часть средств к существованию они добывают в море или в набегах на чужие земли.
Поскольку суть норсканской культуры направлена на то, чтобы доказать, что ты самый сильный, смертоносный и храбрый воин племени, каждый моряк стремится превзойти всех остальных.
Таким образом, благодаря злоключениям,упрямству и мастерству,они исследовали самые отдаленные уголки земного шара.
Их корабли достигли берегов далеких земель задолго до того, как моряки из более южных и более цивилизованных областей Старого Света предприняли подобные усилия.
Одним из величайших исследователей Норски был Лостерикссон.Его решимость построить поселение за морем и завоевать окрестные земли изменила судьбу великого южного континента, а также таинственные планы Древних.
Была весна 888 года от ИК, когда его флот высадился в самой уединенной бухте на всем побережье. Это была уже вторая высадка Лостериксона в Люстрии.
Во время первой его люди воздвигли большие каменные пирамиды, чтобы отметить длинный мыс и защищенную бухту за ним. Лостерикссон поклялся, что вернется, чтобы обосноваться в этом месте.
Пять лет спустя он выполнил свою клятву с пятью кораблями нетерпеливых колонистов.
Здесь была предсказана новая эра норсканцев, новая земля, на которой они могли процветать благодаря сельскому хозяйству, как южане, и оставить позади тяжелую жизнь на морях.
Среди колонистов были целые семьи норсканцев из племени бьорнлингов, к которому принадлежал Лостерикссон, а также множество рабов-треллей, работавших на строительстве.
Был возведен большой частокол, а затем длинные дома, скотобойни и огромный пиршественный зал.
Солвейг, жена Лостерикссона, в первый же месяц родила дочь, и новый город был назван в ее честь - Скегги. Хотя девочка умерла через несколько дней, но дух колонии не ослабел.
Десять лет спустя Скегги был процветающим поселком. Весть об их успехе распространилась за океан, и началась великая эмиграция.
Отныне судьба Скегги будет определяться этим движением: каждое поколение выбрасывает новую волну иммигрантов на пристанях.
Подобно осадочным породам, они накапливаются до тех пор, пока не становятся частью пейзажа, оставляя культурные кольца вокруг городка и все более высокие кучи мусора.
Копните достаточно глубоко в куче навоза и трупов в глухом переулке, и вы, возможно, доберетесь до останков самих первых поселенцев.
Поначалу приспособление колонистов было трудным: ни китов для охоты, ни лежбищ тюленей для добычи шкур. Лесная дичь была непривычная, а сами джунгли походили на ночной кошмар.
Впрочем, скоро колонисты освоились. Джунглевые свиньи выращивались на фермах и пополнили рацион норсканцев из морепродуктов; шкуры в быту заменялись пучками травы.
Странный тропический мед Скегги, приготовленный из меда, полученного от пчел размером с собаку, слегка галлюциногенен и слаще любого другого известного напитка.
Светлокожие норсканцы акклиматизировались к жаре и солнцу, но вновь прибывших, которых старожилы прозвали "ледяными медведями", всегда легко заметить. Им еще предстояло привыкнуть.
Это не был рай, потому что джунгли были полны болезней, заразы и свирепых зверей. Но всегда было много норсканцев, которые охотно рисковали на жарком юге вместо зимовки на стылом севере.
В конце концов, норсканцы привыкли к тому, что жизнь и смерть подбрасываются, как монетка, и здесь шансы были чуть больше в пользу жизни. Они хорошо подходили друг другу и процветали
Противостояние джунглям
![Imp]()
Сначала джунгли были оставлены в покое. И все же всего в нескольких сотнях миль от берега находится Гекзоатль, один из величайших городов ящеролюдов, и десятки городов расположены между ним и пляжем.
Какими бы опасными ни были темные пути, они
наверняка вели к невообразимому богатству. Кражи и налеты становились все более и более распространенными.
Когда новый ярл, Самми Фиоргейрссон, задушил Лостерикссона и захватил власть над Скегги, он объявил джунгли врагами.С тех пор Скегги ведет долгую, медленную войну с великим тропическим лесом.
Рабы каждую зиму вырубают и выжигают участки джунглей только для того, чтобы наблюдать, как они снова отрастают летом, но территория постепенно охраняется и расширяется.
В то же время рейды на руины ящеролюдов стали основным источником дохода. У Скегги появились товары для экспорта в Старый Свет, и это сделало колонию богатой.
Половина гордых воинов, ушедших в джунгли, никогда не вернется, но священные реликвии, которые они срывали со стен и алтарей, можно было продать за большие деньги в Мариенбурге или Альтдорфе.
Конечно, ящеролюды были взбешены вторжениями и кражами. Сначала они полагали, что убийства любых людей, с которыми они столкнутся, будет достаточным предупреждением.
По мере того как захватчики становились все смелее, сильнее и лучше снабжались, а их кражи - все более наглыми и агрессивными, ящеролюды понимали, что должны действовать.
Огромная армия была послана, чтобы уничтожить поселение.Они почти добились успеха, но норсканцы наиболее свирепы, когда защищают свои дома.
Будучи не в состоянии отрезать город от моря, войска ящеролюдов не могли помешать колонистам продолжать получать еду, оружие и подкрепления с их далекой родины.
После десятилетней осады ящеролюды отступили обратно в джунгли, а потрёпанный Скегги устоял. По жестокой иронии судьбы, нападения на поселение позволили Скегги выжить.
Ибо норсканцы не знают законов и быстро разделяются на враждующие группировки. Борьба за собственное спасение придала им единство, целеустремленность и сплоченность.
И так цикл повторяется снова и снова. Жадность норсканцев делает их смелее в своих вылазках и сильнее жаждет освободиться от уз своего короля.
Затем, как раз в тот момент, когда город может уничтожить сам себя, они объединяются, чтобы спасти свои шкуры, когда придут ящеролюды.
Были случаи, когда они были на волосок от смерти. Однажды ящеролюдам удалось сжечь промокший город, но норсканцы стояли в воде и отбивались пылающими копьями.
В другой раз жрецы-сцинки обрушили метеориты, потопив город сильным цунами, но, похоже, норсканцев нелегко убить огнем или водой.
Смерть и завоевание
Между тем, старожилы Скегги вскоре столкнулись с наплывом переселенцев, не имевших ничего общего с норсканцами.
В 1492 году знаменитая экспедиция Марко Коломбо привела к постоянному притоку тилейских и эсталийских конкистадоров, большинство из которых посетили норсканское поселение.
Они распространили это известие по всему земному шару, и Скегги стал центральным портом захода для всех исследователей Старого Света.
Город изменился, превратившись в нечто большее, чем просто небольшой порт с преобладанием норсканского языка. Поселение росло и понемногу утрачивало прежний облик.
Были построены гостиницы и постоялые дворы, доки значительно расширились, чтобы вместить сотни лодок, и появился жаргон, на котором могли общаться разношерстные обитатели Скегги.
Два века спустя случилась Ночь Неупокоенных Мертвецов. Лежащее южнее королевство нежити Лютора Харкона было малой угрозой, но когда мертвецы заполонили море, Скегги насторожился.
Для защиты от нападений с моря был создан импровизированный военно-морской флот. По сей день это сборище мародеров гордо называет себя Додвакт - Хранители Смерти.
Их формирование оказалось своевременным. В следующие столетия государства Эсталии и Тилеи пытались захватить поселение силой, чтобы обеспечить себе господство на море в Люстрии.
У беглого князя Сартозы Сопрании нашлась идея получше, чем сражаться за Скегги. Предводитель пиратов подыскал удобный берег и основал Порт-Ривер в 1801 году ИК.
Хотя он расположен всего в сотне миль к югу от Скегги, Сопрания и его преемники заставляют всех, кто высаживается там, поклясться никогда не трогать норсканские корабли.
Это сделано не только из-за страха возмездия со стороны Додвактв. Пока норсканцы остаются, ни одна держава Старого Света не может править Западным Океаном, и это поддерживает пиратство.
Скегги относится к пиратам точно так же, как к обычным морякам. В Скегги нет флагов, никакие законы или каперские грамоты не действуют, на приказы об аресте не обращают внимания.
У норсканцев также нет договоров ни с пиратами, ни с другими странами, поэтому капитаны-авантюристы, которые знают свою выгоду, готовы заплатить пошлину и зайти в гавани Скегги.
В 2376 году ИК великое магическое заклинание, защищающее континент Люстрия, было усилено жрецам-сцинкам, да и сами джунгли вознамерились проглотить Скегги целиком.
Лианы и подлесок поползли вперед с удвоенной скоростью, отбирая назад свинофермы и плантации и быстро заполняя их всевозможными ядовитыми рептилиями, чудовищными насекомыми и многим другим.
Додвакт превращался в обычную рыболовную гильдию, когда больше не было такого полчища нежити, с которой можно было сражаться.
Из жителей ферм город собрал Веслвакт, Змеиный Дозор, чтобы убивать любых ящеролюдов, которых они могли увидеть, и рубить лианы джунглей, угрожающие их сельхозугодьям между ними.
Их как раз достаточно: в течение последних нескольких столетий территория Скегги находилась в состоянии хрупкого равновесия.
Если на город обрушится достаточно долгая катастрофа, ему придет конец.Норсканцы будут сражаться с любой армией, но даже они не смогут остановить безудержную зелень джунглей.
Но пока что Скегги выживает. Никто на самом деле не знает, как это делается, но это то, что Скегги умеет делать хорошо.
Это не богатый город, не безопасный город и не добрый город. Это даже не нормальный город.
Но это стойкий город. А в диком мире Люстрии это стоит целое состояние.
Источники
1:Warhammer Fantasy Roleplay 4th Edition: Lustria
1a: Skeggi, pg. 37-39
- Капитан Алессандри, тилейский купец
Кроме высших эльфов, никакие моряки в мире не могут сравниться с норсканцами. Так любят говорить сами норсканцы, но это утверждение недалеко от истины.
Их родной край представляет собой не более чем отвесные скалы и замерзший лед, поэтому большую часть средств к существованию они добывают в море или в набегах на чужие земли.
Поскольку суть норсканской культуры направлена на то, чтобы доказать, что ты самый сильный, смертоносный и храбрый воин племени, каждый моряк стремится превзойти всех остальных.
Таким образом, благодаря злоключениям,упрямству и мастерству,они исследовали самые отдаленные уголки земного шара.
Их корабли достигли берегов далеких земель задолго до того, как моряки из более южных и более цивилизованных областей Старого Света предприняли подобные усилия.
Одним из величайших исследователей Норски был Лостерикссон.Его решимость построить поселение за морем и завоевать окрестные земли изменила судьбу великого южного континента, а также таинственные планы Древних.
Была весна 888 года от ИК, когда его флот высадился в самой уединенной бухте на всем побережье. Это была уже вторая высадка Лостериксона в Люстрии.
Во время первой его люди воздвигли большие каменные пирамиды, чтобы отметить длинный мыс и защищенную бухту за ним. Лостерикссон поклялся, что вернется, чтобы обосноваться в этом месте.
Пять лет спустя он выполнил свою клятву с пятью кораблями нетерпеливых колонистов.
Здесь была предсказана новая эра норсканцев, новая земля, на которой они могли процветать благодаря сельскому хозяйству, как южане, и оставить позади тяжелую жизнь на морях.
Среди колонистов были целые семьи норсканцев из племени бьорнлингов, к которому принадлежал Лостерикссон, а также множество рабов-треллей, работавших на строительстве.
Был возведен большой частокол, а затем длинные дома, скотобойни и огромный пиршественный зал.
Солвейг, жена Лостерикссона, в первый же месяц родила дочь, и новый город был назван в ее честь - Скегги. Хотя девочка умерла через несколько дней, но дух колонии не ослабел.
Десять лет спустя Скегги был процветающим поселком. Весть об их успехе распространилась за океан, и началась великая эмиграция.
Отныне судьба Скегги будет определяться этим движением: каждое поколение выбрасывает новую волну иммигрантов на пристанях.
Подобно осадочным породам, они накапливаются до тех пор, пока не становятся частью пейзажа, оставляя культурные кольца вокруг городка и все более высокие кучи мусора.
Копните достаточно глубоко в куче навоза и трупов в глухом переулке, и вы, возможно, доберетесь до останков самих первых поселенцев.
Поначалу приспособление колонистов было трудным: ни китов для охоты, ни лежбищ тюленей для добычи шкур. Лесная дичь была непривычная, а сами джунгли походили на ночной кошмар.
Впрочем, скоро колонисты освоились. Джунглевые свиньи выращивались на фермах и пополнили рацион норсканцев из морепродуктов; шкуры в быту заменялись пучками травы.
Странный тропический мед Скегги, приготовленный из меда, полученного от пчел размером с собаку, слегка галлюциногенен и слаще любого другого известного напитка.
Светлокожие норсканцы акклиматизировались к жаре и солнцу, но вновь прибывших, которых старожилы прозвали "ледяными медведями", всегда легко заметить. Им еще предстояло привыкнуть.
Это не был рай, потому что джунгли были полны болезней, заразы и свирепых зверей. Но всегда было много норсканцев, которые охотно рисковали на жарком юге вместо зимовки на стылом севере.
В конце концов, норсканцы привыкли к тому, что жизнь и смерть подбрасываются, как монетка, и здесь шансы были чуть больше в пользу жизни. Они хорошо подходили друг другу и процветали
Противостояние джунглям
Сначала джунгли были оставлены в покое. И все же всего в нескольких сотнях миль от берега находится Гекзоатль, один из величайших городов ящеролюдов, и десятки городов расположены между ним и пляжем.
Какими бы опасными ни были темные пути, они
наверняка вели к невообразимому богатству. Кражи и налеты становились все более и более распространенными.
Когда новый ярл, Самми Фиоргейрссон, задушил Лостерикссона и захватил власть над Скегги, он объявил джунгли врагами.С тех пор Скегги ведет долгую, медленную войну с великим тропическим лесом.
Рабы каждую зиму вырубают и выжигают участки джунглей только для того, чтобы наблюдать, как они снова отрастают летом, но территория постепенно охраняется и расширяется.
В то же время рейды на руины ящеролюдов стали основным источником дохода. У Скегги появились товары для экспорта в Старый Свет, и это сделало колонию богатой.
Половина гордых воинов, ушедших в джунгли, никогда не вернется, но священные реликвии, которые они срывали со стен и алтарей, можно было продать за большие деньги в Мариенбурге или Альтдорфе.
Конечно, ящеролюды были взбешены вторжениями и кражами. Сначала они полагали, что убийства любых людей, с которыми они столкнутся, будет достаточным предупреждением.
По мере того как захватчики становились все смелее, сильнее и лучше снабжались, а их кражи - все более наглыми и агрессивными, ящеролюды понимали, что должны действовать.
Огромная армия была послана, чтобы уничтожить поселение.Они почти добились успеха, но норсканцы наиболее свирепы, когда защищают свои дома.
Будучи не в состоянии отрезать город от моря, войска ящеролюдов не могли помешать колонистам продолжать получать еду, оружие и подкрепления с их далекой родины.
После десятилетней осады ящеролюды отступили обратно в джунгли, а потрёпанный Скегги устоял. По жестокой иронии судьбы, нападения на поселение позволили Скегги выжить.
Ибо норсканцы не знают законов и быстро разделяются на враждующие группировки. Борьба за собственное спасение придала им единство, целеустремленность и сплоченность.
И так цикл повторяется снова и снова. Жадность норсканцев делает их смелее в своих вылазках и сильнее жаждет освободиться от уз своего короля.
Затем, как раз в тот момент, когда город может уничтожить сам себя, они объединяются, чтобы спасти свои шкуры, когда придут ящеролюды.
Были случаи, когда они были на волосок от смерти. Однажды ящеролюдам удалось сжечь промокший город, но норсканцы стояли в воде и отбивались пылающими копьями.
В другой раз жрецы-сцинки обрушили метеориты, потопив город сильным цунами, но, похоже, норсканцев нелегко убить огнем или водой.
Смерть и завоевание
Между тем, старожилы Скегги вскоре столкнулись с наплывом переселенцев, не имевших ничего общего с норсканцами.
В 1492 году знаменитая экспедиция Марко Коломбо привела к постоянному притоку тилейских и эсталийских конкистадоров, большинство из которых посетили норсканское поселение.
Они распространили это известие по всему земному шару, и Скегги стал центральным портом захода для всех исследователей Старого Света.
Город изменился, превратившись в нечто большее, чем просто небольшой порт с преобладанием норсканского языка. Поселение росло и понемногу утрачивало прежний облик.
Были построены гостиницы и постоялые дворы, доки значительно расширились, чтобы вместить сотни лодок, и появился жаргон, на котором могли общаться разношерстные обитатели Скегги.
Два века спустя случилась Ночь Неупокоенных Мертвецов. Лежащее южнее королевство нежити Лютора Харкона было малой угрозой, но когда мертвецы заполонили море, Скегги насторожился.
Для защиты от нападений с моря был создан импровизированный военно-морской флот. По сей день это сборище мародеров гордо называет себя Додвакт - Хранители Смерти.
Их формирование оказалось своевременным. В следующие столетия государства Эсталии и Тилеи пытались захватить поселение силой, чтобы обеспечить себе господство на море в Люстрии.
У беглого князя Сартозы Сопрании нашлась идея получше, чем сражаться за Скегги. Предводитель пиратов подыскал удобный берег и основал Порт-Ривер в 1801 году ИК.
Хотя он расположен всего в сотне миль к югу от Скегги, Сопрания и его преемники заставляют всех, кто высаживается там, поклясться никогда не трогать норсканские корабли.
Это сделано не только из-за страха возмездия со стороны Додвактв. Пока норсканцы остаются, ни одна держава Старого Света не может править Западным Океаном, и это поддерживает пиратство.
Скегги относится к пиратам точно так же, как к обычным морякам. В Скегги нет флагов, никакие законы или каперские грамоты не действуют, на приказы об аресте не обращают внимания.
У норсканцев также нет договоров ни с пиратами, ни с другими странами, поэтому капитаны-авантюристы, которые знают свою выгоду, готовы заплатить пошлину и зайти в гавани Скегги.
В 2376 году ИК великое магическое заклинание, защищающее континент Люстрия, было усилено жрецам-сцинкам, да и сами джунгли вознамерились проглотить Скегги целиком.
Лианы и подлесок поползли вперед с удвоенной скоростью, отбирая назад свинофермы и плантации и быстро заполняя их всевозможными ядовитыми рептилиями, чудовищными насекомыми и многим другим.
Додвакт превращался в обычную рыболовную гильдию, когда больше не было такого полчища нежити, с которой можно было сражаться.
Из жителей ферм город собрал Веслвакт, Змеиный Дозор, чтобы убивать любых ящеролюдов, которых они могли увидеть, и рубить лианы джунглей, угрожающие их сельхозугодьям между ними.
Их как раз достаточно: в течение последних нескольких столетий территория Скегги находилась в состоянии хрупкого равновесия.
Если на город обрушится достаточно долгая катастрофа, ему придет конец.Норсканцы будут сражаться с любой армией, но даже они не смогут остановить безудержную зелень джунглей.
Но пока что Скегги выживает. Никто на самом деле не знает, как это делается, но это то, что Скегги умеет делать хорошо.
Это не богатый город, не безопасный город и не добрый город. Это даже не нормальный город.
Но это стойкий город. А в диком мире Люстрии это стоит целое состояние.
Источники
1:Warhammer Fantasy Roleplay 4th Edition: Lustria
1a: Skeggi, pg. 37-39
