Когда до Гарри дошло, что именно он увидел за окном, рот у него сам собой открылся. Рон высовывался по пояс из заднего окна старинной машины бирюзового цвета, спокойно парящей в воздухе. С переднего сиденья на него радостно скалились близнецы Фред и Джордж, старшие братья Рона.

Что с тобой случилось? спросил Рон. Ты почему не отзываешься? Я тебе писал, писал, звал тебя к нам раз десять, не меньше, а потом папа приходит и говорит, что тебе выдали предупреждение за волшебство среди муглей…

Да говорю же тебе, это не я… Ладно, это долгая история. Слушай, ты должен сказать в Хогвартсе, что Дурсли меня заперли и в школу не отпускают, а с помощью волшебства я освободиться не могу, потому что в министерстве решат, что это уже второй раз за три дня, и тогда…

Гарри отошёл вглубь комнаты, в тень, и встал рядом с клеткой Ядвиги, которая тоже прониклась важностью момента и сидела очень тихо. Мотор взрёвывал всё громче и громче, вдруг раздался громкий хруст, решётку вынесло из оконной рамы, и машина свечкой взмыла ввысь. Гарри подбежал к окну и увидел, что решётка раскачивается в воздухе в нескольких метрах над землёй. Рон, тяжело дыша, начал выбирать верёвку. Гарри напряжённо прислушивался, но из спальни Дурсли не донеслось ни звука.

С кошачьей ловкостью Фред и Джордж влезли через окно в комнату. Дело своё они знают, подумал Гарри, глядя на то, как Джордж извлёк из кармана шпильку и, действуя ею как отмычкой, принялся за работу.

Многие колдуны придерживаются мнения, что обучаться муглевским фокусам наподобие этого пустая трата времени, объяснял тем временем Фред. Однако мы считаем, что такой подход имеет определённые преимущества. Хотя, конечно, выходит немного медленней.

Ну, сказал Фред, скажем, так: у домовых есть свои собственные чары, и не слабые, но обычно без разрешения хозяев они их применять не могут. Сдаётся мне, что Добби кто-то подослал, чтобы не дать тебе поехать в Хогвартс. Пошутить решил, небось. Ты знаешь в школе кого-нибудь, кто на тебя зуб имеет?

А когда Сам-Знаешь-Кто исчез, добавил Фред, перегнувшись через сиденье и глядя на Гарри, Люций Малфой явился, как ни в чём не бывало, и объявил, что его просто неправильно поняли. Врёт и не краснеет наш папа считает, что он у Сам-Знаешь-Кого чуть ли не за правую руку был.

Ну да, мама всегда говорит, что хорошо бы завести собственного домового хотя бы с глажкой помогать, сказал Джордж. А то у нас только этот жалкий упырь на чердаке, да полный сад гномов. Нет, домовые это при старых поместьях, замках и всяких там особняках. Так они нашем доме и заведутся…

Гарри молчал. У Драко Малфоя всё всегда было самое наилучшее; судя по всему, его семья просто купалась в колдовском золоте. Гарри живо представил себе Малфоя, как тот, задрав нос, важно расхаживает по здоровенному особняку. Послать к нему свою прислугу, чтобы помешать вернуться в Хогвартс, да Малфой бы даже и не задумался. А Гарри ещё чуть не принял предупреждение Добби всерьёз!

Перси вообще странный какой-то всё лето, нахмурившись, сказал Джордж. Он и в самом деле постоянно сов рассылает, а сам сидит целыми днями запершись у себя в комнате… В конце концов, ну, сколько раз в день можно начищать префектский значок?.. Фред ты слишком на запад забираешь, добавил он, указывая на вделанный в приборную доску компас.

Ну, это когда зачаровывают всякие вещи, которые от муглей произошли. Нельзя, чтобы они обратно к муглям попадали в лавку или домой к кому-нибудь. Ну, вот в прошлом году умерла, значит, одна старая ведьма, а её сервиз сдали в магазин. А одна женщина его купила, принесла домой и попробовала подать гостям чай. Там такое было папа потом целый месяц без выходных вкалывал.

Сначала заварочный чайник взбесился и всех залил горячим чаем. Потом там одному щипцы для сахара вцепились в нос, и его пришлось отправлять в больницу. Папа совершенно запарился это только называется "управление", а на самом деле там только он и один старый чародей по фамилии Перкинс, а тут надо было и памятливые чары накладывать, и ещё много чего, чтобы всё это дело уладить…

Да уж, папу от муглевого не оттащишь; у нас полон сарай всякого барахла. Он любит что-нибудь раскурочить, зачаровать, а потом обратно собрать. Если ему на наш собственный дом облаву устроить самого себя пришлось бы арестовывать. Мама просто на стенку лезет.

Есть касание! провозгласил Фред; машина, подпрыгнув, ударилась всеми колёсами о землю. Они приземлились в небольшом дворе, прямо перед полуразрушенным гаражом, и Гарри представилась возможность впервые посмотреть на дом Рона.

Похоже, что начинал он свою жизнь как кирпичный хлев, но с тех пор к нему со всех сторон налепили пристроек, так что теперь он возвышался несколькими криво торчащими этажами. Со стороны казалось, что держаться эта конструкция может только чудом (Гарри сразу же пришло в голову, что так оно, скорее всего, и было). Из черепичной крыши выглядывали каминные трубы по меньшей мере, штук пять. Рядом с входом торчал из земли покосившийся уличный знак с надписью "НОРА". Несколько упитанных коричневых кур копошились под ногами.

Теперь наше дело о-очень тихо пробраться наверх, сказал Фред, и дождаться, пока мама позовет всех к завтраку. Тогда ты, Рон, спускаешься первым, влетаешь на кухню и говоришь: "Мам, смотри, кто к нам ночью прибыл!" Тут она, конечно, вся в восторге, что Гарри здесь, и про машину никто больше не вспоминает.

В кроватях пусто! Записки не оставили! Машины нет! Могли разбиться я тут с ума схожу но им, конечно, хоть бы хны да я никогда в жизни… ну, погодите, вот вернётся отец ни с Биллом, ни с Чарли, ни с Перси ничего подобного…

В маленькой кухоньке было немного тесновато. Посередине стоял большой, чисто выскобленный деревянный стол и несколько стульев. Гарри примостился на краешке одного из них и огляделся. Он ещё никогда не бывал дома у настоящих колдунов.

На стене напротив висели часы с одной стрелкой, а цифр на них не было вовсе. По краю шли надписи Гарри разглядел "Пора ставить чай", "Пора кормить кур" и "Опаздываешь". На каминной полочке в три ряда стояли книги со странными названиями "Как зачаровать домашний сыр", "Выпечка и волшебство" и "Праздничный ужин за пару минут просто чудеса!" Потрёпанное радио рядом с мойкой объявило (если Гарри это не померещилось), что сейчас начнётся передача "Рабочая полночь ведёт известная певица-чаровница Целестина Уорбек".

Ты не виноват, мой милый, заверила она Гарри, сбрасывая ему на тарелку не меньше полдюжины кусков колбасы. По правде говоря, мы с Артуром уже тоже начали беспокоиться. Мы даже решили вчера вечером, что если ты не ответишь на последнее письмо Рона до пятницы, нам придётся самим тебя забрать. Но всё-таки, и она подложила к колбасе три поджаренных яйца, лететь, на незаконной машине, через всю страну… Я уж молчу, что вас могли заметить…

Ага. Она у тебя ещё автограф попросит, подхватил было Джордж, но, заметив направленный на него тяжёлый взгляд матери, быстро замолк и снова наклонился над своей тарелкой. Спустя короткое время, в течение которого никто не проронил ни слова, все четыре тарелки оказались пустыми.

Гарри посмотрел на обложку книги, которую держала миссис Уизли. На корешке узорчатыми золотыми буквами было написано: "Гильдерой Локхарт Руководство по борьбе с домашними вредителями". На форзаце помещалась крупная фотография колдуна, чрезвычайно симпатичного, с кудрявыми белокурыми волосами и ярко-голубыми глазами. Фотография, как обычно бывало в волшебном мире, двигалась колдун (Гарри предположил, что это и был сам Гильдерой Локхарт) игриво им всем подмигивал. Миссис Уизли, сияя, улыбнулась ему в ответ.

Что за ерунду ты несёшь, Фред, сказала миссис Уизли, а щёки у неё густо покраснели. Ну, так и быть. Если вы считаете, что разбираетесь в этом лучше, чем Локхарт, отправляйтесь и принимайтесь за работу. Но горе вам, если я приду проверять и найду в саду хоть одного гнома!

Зевая и ворча, братья Уизли выползли на улицу, и Гарри вышел вслед за ними. Сад оказался довольно большим и, с точки зрения Гарри, устроен был в точности так, как должны быть устроены сады. Семье Дурсли он наверняка не понравился бы полно сорняков, трава давно не стрижена но зато у забора стояли восхитительно сучковатые деревья, из каждой клумбы торчали неизвестные Гарри растения, а в стороне виднелся большой пруд с зелёной водой и лягушками.

На деда Мороза он и в самом деле похож не был. Он был небольшой и весь какой-то кожистый, а его крупная, шишковатая голова удивительным образом напоминала картофелину. Рон держал его на вытянутой руке, потому что гном изо всех сил отбивался своими ороговелыми ножками. Потом он перехватил его за щиколотки и перевернул головой вниз.

Он поднял гнома над головой ("Отцепись!") и замахал рукой по кругу, как будто собирался бросать аркан. Заметив ошарашенное выражение на лице Гарри, Рон добавил:

Жалеть гномов Гарри очень быстро перестал. Он уже совсем собрался первого пойманного им гнома осторожно отпустить на другой стороне изгороди, но тот почуял в нём нерешительность и впился, изогнувшись, острыми зубками Гарри в палец. Гарри пришлось очень постараться, прежде чем он смог его стряхнуть, но когда это наконец удалось…

Мозги у них, сам видишь, те ещё, сказал Джордж, ухватив в пригоршню сразу штук пять. Как только слышат, что разгном, немедленно лезут наверх посмотреть. Уж казалось бы, можно в конце концов научиться сидеть и не высовываться.

Вернутся, сказал Рон, наблюдая, как гномы один за другим пролезают сквозь изгородь на противоположной стороне поля. Им у нас нравится… Папа с ними слишком мягко обходится; он считает, что они забавные…

Мистер Уизли сидел в изнеможении на кухонном стуле, прикрыв глаза и сняв очки. Он был довольно худ и лысоват, но оставшиеся на его голове волосы пламенели таким же рыжим цветом, как и у его детей. На нём была длинная зелёная мантия, потрёпанная и сильно запылённая.

Ну и ночь, бормотал он, нашаривая на столе заварочный чайник. Все собрались вокруг него. Девять облав. Девять! Да ещё старик Мундунгус Флетчер попытался меня сглазить, стоило мне повернуться к нему спиной…

Мне достались несколько исчезающих ключей и чайник, который кусался, зевнул мистер Уизли. Хотя там были очень неприятные вещи не по моей линии. Мортлейка забрали объяснять этих его престранных хорьков, но это, к счастью, в ведении Комиссии Экспериментальных Чар…

Над муглями издеваются, вздохнул мистер Уизли. Продают им ключи, которые всё уменьшаются, пока не пропадут вовсе хватишься, а его нет… Конечно, пойди потом, доказывай мугли же всегда отрицают, что ключ уменьшился. Всё настаивают, что потеряли где-нибудь. И чего только не придумают, бедняги, лишь бы не признаваться, что дело в волшебстве. Ведь прямо в кармане у них нет, всё равно… А уж что нашему брату в голову приходит зачаровывать уму непостижимо…

Именно машины, Артур, подтвердила миссис Уизли, сверкая глазами. Предположим, какой-нибудь колдун покупает ржавую развалюху, жене говорит, что хочет всего лишь развинтить её, чтобы понять, как она действует, а сам вместо этого накладывает на неё чары, чтобы, скажем, заставить её летать.

Видишь ли, дорогая, необходимо заметить, что поступает он при этом, в сущности, вполне законно, хотя… м-м-м… возможно, что с его стороны и было недосмотром не рассказать жене истинного положения вещей… Дело в том, что в законе, если хорошенько разобраться, имеется некоторая тонкость… Если он честно не собирался в этой машине летать, то сам по себе тот факт, что машина летать способна, не означает…

Артур Уизли! Ты сам лично позаботился об этой тонкости, когда сочинял этот закон! загремела миссис Уизли. Только чтобы никто не мешал тебе возиться с этим невыносимым муглевым барахлом в сарае! К твоему сведению, этим утром к нам прибыл Гарри, в той самой машине, в которой ты честно не собирался летать!

Они выскользнули из кухни и узеньким коридором вышли к шаткой лестнице, которая, извиваясь, вела в верхнюю часть дома. На площадке третьего этажа дверь была приоткрыта. Гарри едва успел разглядеть за ней пару ясных карих глаз, которые разглядывали его, как дверь захлопнулась.

Гарри переступил через порог, едва не касаясь головой скошенного потолка, и замигал. Впечатление было такое, словно он вошёл в печку; в комнате Рона всё было ядовито-рыжего цвета, начиная от покрывала на кровати, включая стены и заканчивая потолком. Потом до Гарри дошло, что любое свободное местечко на выцветших обоях Рон заклеил плакатами с изображением одних и тех же семерых колдунов и ведьм в ярко-оранжевых накидках и с мётлами. Все они энергично размахивали руками.

"Чадли Кэннонс"⁴, гордо сказал Рон, указывая на оранжевое покрывало, на котором красовались две огромные чёрные буквы "С" и летящее пушечное ядро. Они на девятом месте.

Школьные учебники Рона были свалены в углу неровной стопкой, рядом с кучей комиксов все они, похоже, были посвящены "Похождениям Марвина шального мугля". Волшебная палочка примостилась сверху стоявшего на подоконнике аквариума, полного головастиков, а рядом, выбрав солнечное местечко, дремала жирная серая крыса Рона по имени Скабберс.

Гарри перешагнул через колоду самотасующихся карт и выглянул из крохотного окошка. Далеко внизу открывался вид на поле; через него тайком перебиралась группка гномов, а некоторые из них уже пролезали сквозь изгородь в сад к Уизли.

[3] "Выдрятня у святого Багра" (otter выдра, catchpole длинный шест с крюком), бессмысленное сочетание слов, но очень похожее на странноватые реальные названия английских деревушек. "Святого" здесь означает церковь, вокруг которой деревня, скорее всего, и образовалась. Сама Роулинг родилась в посёлке Chipping Sodbury, который перевести можно разве что как "Шелушащаяся Торфянка".

[4] Cannons (англ.) пушки, отсюда пушечное ядро. Имена квиддичных команд в книгах Роулинг следуют одной и той же схеме: город название, что вообще очень принято для западных спортивных лиг (в обыденной речи чаще всего упоминается либо одно, либо другое). Кроме того, у неё первые буквы города и названия всегда совпадают. Посёлок Chudleigh (не Chudley) находится невдалеке от города Exeter в графстве Devon, где Роулинг училась в университете.